— Едешь на электричке до Репино и идешь по путям дальше до такой полосатой будочки. Буду ждать в семь. Придешь?

— Не знаю. Ты кто?

— Не боись, не маньяк. Меня этот Арт достал. Строит из себя, а сам дерьмо. Но никто не верит. А прийти и убедиться кишка тонка. Вот нашел ваш сайт. Может, вы покруче. Че слово, увидишь — удивишься. Приходи.

— Я поду… — начала фразу Катя, но связь прервалась на полуслове. Экономное издательство отключило паршивую овцу от интернета. Ну и крохобор этот Жуков (наверняка именно он напомнил программистам, никто сам не проявил бы инициативы так быстро)! Неужто столь мерзкий тип ей когда-то нравился? Извращенка…

И, заклеймив свои недавние вкусы, Катя легла спать. День выдался нелегкий.

Проснулась она за полдень, не торопясь, сварила себе крепкий кофе и даже, подумав, открыла банку красной икры. Поскольку жизнь так или иначе началась с чистого листа, нужно не воспринимать это как трагедию, а отметить, словно долгожданный праздник. Во всяком событии есть положительные и отрицательные стороны. Самое правильное — радоваться первым и закрыть глаза на вторые. Не надо идти на работу — разве не здорово? И не придется больше терпеть занудство Вадика и самодовольство Турищева. Они оба ее не стоили. Чтобы окончательно в этом убедиться, Катя повертелась перед зеркалом. Тра-та-та! Разве такая милая девушка останется не пристроенной? Нет ничего хуже однообразия, правильно? От однообразия Катя теперь избавлена надолго. Настало время перемен и авантюр. Встреча с загадочным Осведомленным — знак судьбы, а с судьбой не спорят.

Честно говоря, авантюрная жилка терзала Катю с детства, а список любимых героев возглавляли Чичиков и Остап Бендер. Катя упорно присочиняла «Мертвым душам» и «Двенадцати стульям» новый конец, где все завершалось хорошо (по ее, разумеется, меркам). Ну, не могли такие люди стать неудачниками! Недаром говорится: риск — благородное дело.

Однако излишнего риска Катя всегда старалась избегать. Даже пускаясь в авантюры, она продумывала свои действия. Вот и теперь. Вопрос, идти на странную встречу или нет, не стоял. Катя знала: если не пойдет, будет потом терзаться. Лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть — данный принцип представлялся ей безусловно верным. Но еще лучше — сделать и н е жалеть.