Короче, версия маньяка не выдерживает критики. Есть вторая, более вероятная — розыгрыш. Кто-то разыграл Катю и намерен вдоволь повеселиться, глядя, как та мается у будки. Ну и что? Пусть Осведомленный порадуется, он этого достоин, раз сумел так ловко нацепить наживку на крючок.
И, вооружившись на всякий случай баллончиком, Катя отправилась в путь.
Полосатая будочка красовалась недалеко от станции, на переезде. Место выглядело не слишком заброшенным, даже машины проезжали. Надо быть совсем уж тупым насильником, чтобы заманивать жертву именно сюда. А Осведомленный не походил на тупицу.
Зато через четверть часа Катя разочарованно решила, что он — заурядный шутник. Почему заурядный? Незаурядный посмеялся б не заочно, а в лицо, и Катя бы охотно к нему присоединилась. А то стоишь тут и томишься. Тоска…
И вдруг Катю осенило. Осведомленный-то не знает, что она решилась прийти! Их прервали на полуслове, Катя не успела ничего пообещать. В разочаровании он поехал на дачу к Турищеву один. Или не поехал вовсе. А время идет, писатель совершает запланированные гнусности, которых бедной Кате никогда больше не выпадет шанса увидеть — а так хочется… Нет уж, раз она сюда примчалась, глупо возвращаться с пустыми руками.
Идея взбодрила. Правда, на даче у Турищева Катя ни разу не была, зато имела превосходную зрительную память. Катя закрыла глаза, и перед ней предстала фотография, иллюстрирующая текст статьи, а потом даже возникла фраза: «Слева от станции располагается комплекс домов, принадлежащих интеллектуальной элите». Слева так слева.