Теперь понедельник в разгаре, а от Арта ничего. Спеша и путаясь в клавишах, Ира описывала события в живом журнале. Мысль о телефонном счете, который рано или поздно получат бесчувственные родители, тревожила ее даже при столь сильных душевных переживаниях, заставляя торопиться. А идея сперва создать файл с текстом и лишь потом ненадолго подключиться к сети, чтобы скопировать его, была настолько чуждой, что никогда не забредала в голову.

«Свершилось — я снизошла, наконец, к его мольбам. „Если ты не станешь моей, о Эстрелла, я погибну“, — сквозь сжатые зубы произнес, почти простонал он. Я посмотрела на него тем жгучим, но отстраненным взглядом, которым всегда свожу с ума мужчин. Он бросился ко мне, словно лев, и… Но не слова больше! Это лишь для нас двоих. Одно скажу — именно эти мгновения мы оба будем вспоминать на смертном одре.

Слезы показались на его глазах, когда я напомнила, что пришла пора расстаться. „О нет, не уходи!“ — умолял он. Но я была непреклонна. Я всегда знала, что спокойная и счастливая семейная жизнь с любимым человеком — не мой удел. Я — женщина трагической судьбы. Так и оказалось. Конечно, стоило мне кивнуть, и он оставил бы ради меня все. Но я не сделала этого. Я ушла, не обернувшись.

Письма от него приходят каждый час. „Люблю, скучаю, схожу с ума“, — в отчаянье пишет он. От этих слов у меня разрывается сердце, но я умею скрывать свои чувства, поэтому окружающие видят на моем лице лишь равнодушную улыбку. Раз нам не суждено быть вместе, лучше порвать сразу. Или я не права? Имею ли я право становиться на пути его славы, его призвания, разрушить его прошлую жизнь, чтобы в ней осталась только я? Я и наша любовь. Он готов пожертвовать ради меня всем, но принимать ли мне его жертву? Не знаю… не знаю…»