Дело, следовательно, не в обстоятельствах, а в том, что мы не умеем пользоваться великим богатством, которое даровала природа: беспредельными возможностями человеческого организма. Более того, мы еще толком и не узнали их.

Прихоти и привычки, догмы и предрассудки зачастую заменяют нам научные знания. И самое печальное заключается в том, что познание законов природы остановилось на одном, к слову сказать, очень низком уровне. Как это ни парадоксально, мы до сих пор не знаем, какое воздействие на организм оказывает потребляемая пища, хотя процесс питания существует ровно столько же, сколько и сам человек.

Мы до сих пор используем при производстве продуктов питания и лекарств как искусственно созданные, так и естественные, но сконцентрированные до неразумных пределов вещества и ведем дело к коллективному самоотравлению человека.

Природа установила для людей достаточно жесткие границы видового выживания. Интервал температур, в условиях которого может существовать незащищенный одеждой или стенами жилища человеческий организм, крайне незначителен и составляет каких-нибудь 50–60 градусов. Разум позволил расширить эти пределы. Но, создавая для себя искусственную среду обитания, человек одновременно рвет нити, связывающие его с природой, у него возникает иллюзия вседозволенности. Такая самоуверенность не остается безнаказанной: организм, лишенный предписанных природой условий жизни, становится легкой добычей многочисленных болезней.

Однако люди ищут причины своих заболеваний не в отклонении от видовых норм жизни, не в утрате гармонии с природой, а в неких самопроизвольно возникающих нарушениях в деятельности внутренних органов, сами же болезни рассматривают как их «поломку». Упрощенный взгляд на человеческие недуги породил веру в то, что если изучить устройство и работу каждого отдельного органа, то, синтезировав новое лекарство, можно «отремонтировать» его.