
- Да, Наташа, - кивнул он. - Моя девушка, тоже журналистка, уехала сюда в командировку больше месяца назад. И пропала. Позавчера к нам на факс сбросили листок... Я сейчас тебе покажу. - Он не уточнил, что означает "к нам".
Марис встал, удалился в комнату и вскоре вернулся. Он протянул мне лист, явно вышедший из факса, на котором от руки было наспех написано несколько фраз по-латышки. Вернее, я догадалась, что это по-латышски: на каком бы еще языке стала изъясняться девушка Мариса, отправляя ему послание в Ригу? Писали явно второпях.
- Здесь сообщается, что ее держат в каком-то загородном доме под Петербургом. Вооруженная охрана, забор. Она не знает, где. Там еще несколько девушек.
- Ее взяли в заложницы? - спросила я.
- Нет, - покачал головой Марис. - Ее взяли в гарем.
Наверное, выражение моего лица было достойно картины художника. Андрюша с Сережей молчали: они уже явно слышали эту историю. Марис продолжал:
- Я тут же сказал главреду, что еду в Питер. Буду искать Руту и одновременно делать репортажи. Я вообще-то криминальный репортер. Так что это дело прямо по моей специализации. Но главное для меня - найти Руту. Я не хочу останавливаться в гостинице, чтобы не привлекать к себе внимания. Созвонился с Серегой, - он кивнул на Липонина, - мы вместе учились на журфаке у вас в Петербурге. Насилу его нашел.
Серега улыбнулся и добавил:
- Марису пришлось посидеть на телефоне. Мои родители не знают, где я живу. Мы не особо общаемся... А я теперь работаю в новом месте. Перешел уже после того, как мы с Марисом виделись в последний раз. Но Марис - настоящий журналист. Он меня разыскал.
Так, присутствует какая-то Рута. Но где она, что с ней - еще неизвестно. Нет, немного известно, конечно. Но Руты сейчас нет, а я есть. И мы будем снимать одну квартиру, как молодая пара. Настроение у меня поднималось с каждой минутой. Мне давно хотелось молодого любовника, а попадались по большей части па-пики. Самое приятное исключение - мой предыдущий. А тут - такой парень и еще может мне помочь... Только вот сможет ли он мне помочь?
