Яз был вызван в «Канны», получив испытательный срок в три дня. Ему было тринадцать с половиной лет. Первоначально он отправился в Канны на просмотр на одну неделю, но остался там на все шесть. И в это время, каждый день играя с профессионалами, он понял, что и сам сможет стать одним из них.

И тогда Зидан сказал Жану Фернандесу, главному тренеру «Канн»:

«Я мог бы достичь этой цели, только если бы очень много и серьёзно работал и играл с профессионалами».

Позднее Зидан улыбаясь вспоминал:

«Они поставили меня в контрольном матче на ответственную позицию либеро. И я полностью провалился. Я играл так, как это делал в моем городе или моих клубах: я развлекал себя в своей штрафной, как на каникулах, и тем самым дал моим наблюдателям повод для беспокойства. К счастью, мсье Варро настоял на том, чтобы я отдохнул неделей больше, и я сделал все, чтобы они захотели оставить меня».

И они захотели. Жан Фернандес решил оставить в команде, подающего надежды, паренька. Пришлось Исмаилу и Малике мобилизовать все ресурсы своего семейного бюджета, чтобы купить своему Язиду пару совершенно новых футбольных бутс.

Тренер молодёжной группы «Канн» Жан-Клод Элино, уговорил отца отпустить парня в их футбольную школу, пообещав, что тот будет жить в его семье, к нему будут относиться, как к родному, и обязательно дадут хорошее образование. С последним, правда, не сложилось — Зидан никогда не был «зубрилкой»…

Уже в 14 лет он подписал с «Канном» свой первый контракт. В Каннах на первое время он поселился, как и договаривались в доме семьи Элино, где юный Зидан, такой застенчивый, вежливый и обаятельный, обрёл вторую семью и необходимое душевное равновесие для своего дальнейшего развития. С их тремя детьми он дружит и до сих пор, а с тех времён в доме у Элино сохранилось множество приятных сувениров, фотоальбом, а также вишнёвое дерево, посаженное в их саду юношей, который в будущем будет признан лучшим футболистом мира.