К сожалению, и во втором издании, так же как и в первом, пришлось отказаться от рассказа о многих забавных и курьезных случаях, событиях и происшествиях, которыми полна история почты, — предусмотренный объем издания не оставил для этого места.

Умышленно обойдены занимательные эпизоды с поисками и находками различных уникумов и раритетов типа «Красной Гвианы», «Голубого Маврикия» и им подобных. Во-первых, потому, что о таких марках написано уже более чем достаточно. Статей в журналах и газетах не счесть, «имя им — легион». Пишут о них не только филателисты, но и те, кто далек от филателии. История и судьба таких марок обросли легендами, нередко рожденными лишь неуемной фантазией.

Во-вторых, очень многие из пишущих, не будучи филателистами, настойчиво подчеркивают астрономические цены таких марок, скрупулезно перечисляя, кому и за сколько они были проданы. Такое муссирование коммерческих подробностей создает у несведущего читателя превратное представление о филателистах как об обладателях несметных сокровищ, этаких «подпольных миллионерах Корейко». Однако же марки, против которых в каталогах стоят цифры с рядом нулей, недоступны большинству филателистов. Владельцы их — коронованные особы и мультимиллионеры — нередко хранят их в банковских сейфах скрытыми от посторонних глаз. Только некоторые из этих редчайших марок изредка экспонируются на крупнейших всемирных выставках. Ну и что из этого? Стоит ли расстраиваться? Миллионы филателистов, не исключая и «ветеранов», спокойно обходятся без раритетов. Их недоступность никак не влияет на преданность благородному увлечению. Настоящему, филателисту, скажем, фронтовое письмо, сложенное треугольником и прошедшее почту огненных лет Великой Отечественной войны, или, к примеру, марка, оцениваемая каталогом в 5 коп., но своим содержанием говорящая многое уму и сердцу, не менее дороги, чем миллионеру его надежно охраняемые уникумы.