- Идите, идите! Идите в ванну! Мы еще успеем с вами поболтать. Ваш отпуск... Он еще продолжается?

- У меня еще три дня... А, может, четыре? Погодите, какой сегодня день? Когда я сдавал эту даму? Какое сегодня число?

Приятель ему сказал, какое на дворе число, какой день и помог в этом дне сделать первый шаг Морелю. Сразу же на того нахлынула тошнота.

- Не могу! - вскричал личный врачеватель фюрера. - Хотя бы глоток пива!

- Ха-ха-ха! Набрались же вы вчера! Мы выпьем не пиво...

- Нет, хотя бы глоток, - стал задыхаться Морель от подпираемой рвоты. - Я уже готов... Я умираю... Черт возьми вашу страну! Вы поймите, вы имеете дело с лучшим доктором, может, всего мира! И... Неужели вы никогда не были в таком состоянии?

Молодой энергичный человек, выпивший вчера с Морелем ни чуть не меньше его, легко встал, вышел в другую комнату, загремел посудой и вскоре принес стакан виски.

Морель потянулся за стаканом, рука его была волосатой, неприятной, дикообразной. Но лишь он схватил в широкую ладонь этот стакан, она машинально, эта рука, подчинилась хозяину и выплеснула в горло его все в нем содержимое.

- Ух, у-ху... Черт! Какое странное вино... Запах вонючки кислой...

- Это лучшее виски.

- Я предпочитаю водку, пусть даже иракский арак... Эти ублюдки низшей расы делают приличную араку...

- Вам лечебней?

- Что значит - лечебней?

- Я хотел сказать: вам легче?

- Спрашиваете! Я же... Я же бы... Тут... Вы понимаете, сколько во мне дряни? Теперь будет нормально... Теперь я, пожалуй, заберусь в вашу эту воду... Не люблю, грешным делом, купаться в чужой посудине. Негигиенично бкать, бкать... Ух, даже лучше... Почему вы вчера меня не остановили? Это не честно. Я вижу, вы спортсмен по портвейну. А меня надо было остановить... Вы не знаете, кто я. Я... Ну ладно, я расскажу потом... Вы прибирайте тут на столе... Черт с ним, с вашим коньяком... Будем пить это дерьмо! Хотя... Хотя араки... Араки просто экономнее и полезнее... Это я говорю вам... Как врач говорю... Ладно, пошел!