Сам не подозревая, я когда-то пристегнул к своей жизни аналогичный «довесок» в виде йоги, разница лишь в том, что он был не вещественным. Подействовал этот фактор не вдруг, да и понят был далеко не сразу, как говорил дон Хуан – учение всегда оказывается не тем, что от него ожидаешь.

«От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берётся, и употребляющие усилие восхищают его» (Евангелие от Матфея, гл.11, с.12). Эту фразу, ИМХО (In My Humble Opinion – «по моему скромному мнению») можно понять так: если развитие идёт без осложнений, все мы на старте жизни примерно равны от природы. Но затем проявляются различия, в том числе и по способностям. Одно из них состоит в том, что кто-то совершает дополнительные, избыточные для обычного хода вещей усилия (таких людей Л. Гумилев назвал пассионариями), а кто-то – нет. От этого зависит судьба. Йога это разновидность избыточности, причём сильнодействующая.

Теория Друкера утверждает, что у христиан, населяющих Западную Европу, на каждом этапе развития общественных отношений и сопутствующей технологии была своя модель идеального человека, и тот, кто стремился к ней, надеялся обрести счастье. В средние века путь к нему пролегал через религиозность, эпоха Возрождения сформировала образ просвещённой личности, а в условиях научно-технической революции образцом стал деловой человек, предприниматель. Наконец, в странах с тоталитарными режимами идеалом стал герой, беззаветно отдающий жизнь за идею («Работа у нас простая, забота наша такая: жила бы страна родная – и нету других забот...»).