В своей книге пишет: «Углубление в исследования мозга, в том числе на основе принципиально новых, сейчас еще не созданных технологий, может дать ответ на вопрос, существует ли мозговой код мышления. Если ответ (окончательный!) будет отрицательным и то, что мы наблюдаем, не является кодом собственно мышления, тогда перестройки импульсной активности, соотносимые с активированными при мыслительной деятельности зонами мозга, – своего рода «код вхождения звена в систему». При отрицательном ответе надо будет пересматривать и наиболее общие и наиболее важные позиции в проблеме «Мозг и психика». Если ничто в мозге не связано именно с тончайшей структурой нашего «думанья», тогда какова в этом «думанье» роль мозга? Только ли это роль «территории» для каких-то других, не подчиняющихся мозговым закономерностям, процессов? И в чем их связь с мозгом, какова их зависимость от мозгового субстрата и его состояния?»

Таким образом, миф о «безальтернативности» монистико-материалистического взгляда в области нейрофизиологии не выдерживает никакой критики. Точно также совершенно неубедительны взгляды академических адептов материализма, упорно не желающих видеть в человеке ничего, кроме высокоорганизованной биологической машины.

Я окунулась в море информации, но вся она никак не складывалась в простую и понятную картину, не выстраивалась модель мышления человека. Тогда я поступила старым проверенным способом: плюнула на поиски и расслабилась. Я знала, нужная мысль придет сама, главное – вознамериться получить.

Когда человек собрал всю необходимую информацию, он готов эволюционировать, принимая более совершенную модель мира, и, пользуясь ею, получать большие результаты в жизни. Но чтобы эволюционировать, нужно отбросить все старое и приготовиться принять новое.

И новая мысль пришла, когда я рассказывала о какой-то проблеме мужу. Нужный ответ сам слетел у меня с языка. Он был настолько простым и ясным, что сразу же сложился в четкий, понятный Образ.