Но то – Западная Европа. А что Россия?

В изысканиях Кэтрин Харгрейв отмечается, что игральные карты впервые появились в России приблизительно во второй четверти XIX века. Дата эта является неточной, так как доктор Искусствоведения Ю.А.Дмитриев сообщает о том, что еще в 1759 году механик Петр Дюмолин, приехавший в Москву и обосновавшийся в Немецкой слободе, в доме девицы Нечет демонстрировал маленькую механическую бернскую крестьянку, ткущую полотно, электрическую машину и – движущиеся карты. Другой российский исследователь А. Вяткин называет еще более раннее столетие – XVII, мотивируя это тем, что в 1649 году было издано царское Уложение, где с игроками предписывалось поступать «как с татями», то есть с ворами. По мнению Вяткина, игральные карты пришли в Россию скорее всего из Германии через Украину: «тамошние казаки коротали время за карточной игрой», – пишет он. В пользу немецкого пути говорит также то обстоятельство, что пики (карточная масть) в России именовались «винами», поскольку в тогдашней немецкой колоде аналогичная масть изображалась в виде виноградного листа, а трефы в то время называли «желудями», так как на лицевой стороне карты соответствующей масти рисовался желудь.

Следует, кстати, заметить, что в изобразительной структуре русских карт, в отличие от западноевропейских, присутствовала крепкая государственность. Они к тому же имели (например, в 52-листовой колоде, выпущенной в 1830 году) отдельные экстра-изображения, представлявшие различные регионы России. В левом верхнем углу таких карт помещался герб той или иной губернии – скажем, Новгородский герб, на котором два медведя опирались на светильник с тремя свечами, а между ними находились скрещенные мечи.