Санто Хесус умер за наши грехи.

— Послушай, — обратился Арт к статуе, — что ты там делаешь, не знаю, но это срабатывает, а что бы ни делал я — нет, так что...

Арт сотворил manda. Преклонив колени, зажег свечу и оставил двадцатидолларовую купюру. Какого черта!

— Помоги мне, Санто Хесус, — прошептал он по-испански, — и будут еще деньги. Я отдам их бедным.

А на обратном пути от храма к отелю Арт впервые встретился с Аданом Баррерой.

Мимо этого спортклуба Арт проходил десятки раз. Ему всегда хотелось заглянуть туда, но он так ни разу и не зашел. Однако в этот вечер внутри клубилась особенно большая толпа, и Арт не устоял.

Адану тогда едва исполнилось двадцать. Низкорослый, почти карлик, но стройный, изящный. Длинные черные прямые волосы зачесаны назад. Стильные джинсы, кроссовки «Найк», фиолетовая рубашка поло — дорогая одежда для этого баррио. Смышленый парень — это Арт разглядел сразу. Вид у Адана Барреры такой, словно он постоянно прикидывает, что к чему.

Росту в нем всего около пяти футов пяти дюймов, подумал Арт, ну, может, шесть дюймов. Парень, стоявший рядом с Аданом, был никак не меньше шести футов трех дюймов. А сложен! Мощная грудь, покатые плечи, стройный. Их невозможно принять за братьев, если б не лица. Одно и то же лицо у совершенно разных людей: темно-карие глаза, светло-кофейная кожа — похожи скорее на испанцев, чем на индейцев.

Братья стояли у края ринга, глядя на лежавшего без сознания боксера. Его соперник пританцовывал у веревок. Совсем мальчишка, явно нет еще и двадцати, но фигура литая, мускулы словно высечены из камня. А взгляд — такое выражение Арт видел на ринге и прежде — прирожденного убийцы. Только сейчас в нем можно было уловить тень смущения и вины.

Арт просек все сразу. Боксер только что вырубил спарринг-партнера, и теперь драться ему не с кем. А двое братьев — Матт и Джефф