Экипаж «Воровского» состоял из дружных и смелых людей, горячо любивших Родину. Судно содержалось в образцовом состоянии. Такие моряки, как мичманы В. П. Чашунашвили и М. М. Чернуха — участники перехода Архангельск — Владивосток, не пожелали уволиться в запас и прослужили сверхсрочно по 16 лет, мичманы В. П. Лямин, Н. А. Головин — по 17 лет, а мичман А. Е. Терновой — 25 лет и 2 месяца! Они знали свое хозяйство и весь корабль в совершенстве, он им заменял родной дом. Учебе, службе, самообразованию и воспитанию подчиненных они отдавали все свои способности и опыт, эти пограничники-коммунисты.

На корабле стремились так организовать службу, чтобы она позволяла расти и учиться, развивала способности и инициативу каждого члена экипажа. Между командирами и рядовыми матросами существовала крепкая дружба, сердечная близость, порожденная морем, опасностями и чувством долга. Поэтому большинство моряков оставались на сверхсрочную службу, поступали в офицерские училища. Охрана границ превращалась для них в профессию, которой они отдавали свои силы и знания.

В наших территориальных водах корабль настиг подозрительное судно. Когда нарушители поняли, что бегство невозможно, то стравили воздух к дизелям, предполагая, что корабль бросит задержанную шхуну. Но нарушители ошиблись. Судно взяли на буксир. Плавание с таким «прицепом» оказалось очень тяжелым: стоял такой густой и непроницаемый туман, что с мостика не было видно даже носовой пушки. Кораблю предстояло пройти узкий, опасный пролив. Подводные камни и дикие скалы подстерегали в узком проходе. Стальной трос скрылся в тумане.