Стало слегка штормить. Наступил новый день. В 2 часа 35 минут забухали орудия береговой батареи, расположенной на южной оконечности Камчатки — мысе Лопатка. Это был не первый обстрел, и японцы не придали ему особого значения. А корабли уже подходили к острову.
В половине пятого утра матросы и солдаты передового отряда, прыгая в ледяную воду, стали вплавь добираться до берега. Десантная операция началась.
Японцы были застигнуты врасплох. Две прибрежные батареи взяты с ходу, и десантники стали стремительно продвигаться в глубь острова. А на побережье под огнем самураев высаживались основные силы. Противник обрушил на корабли шквал огня. Но, не взирая на потери, высадка продолжалась.
Передовой отряд тем временем подошел к высотам 171 и 165. Основной бой разгорелся здесь.
(Сейчас, стоя на этой неприметной с виду высотке, видишь внизу там и сям ржавеющие японские танки. Семнадцать танков! А вокруг тундра, кочки и северные неброские цветы. Эти цветы на склонах принадлежат павшим. Собираем скромненькие букетики и кладем к надгробию.)
Это был самый напряженный момент боя. Подкрепления еще не подошли. У десантников не было даже орудий, а колонна танков с нарастающим грохотом приближалась. Первыми встретили их бронебойщики лейтенанта Дербышева. От метких выстрелов вспыхнули первые шесть машин, но остальные шли вперед, сея вокруг смерть и грозя смять занятую десантниками позицию. Мгновения решали исход боя. И тогда вышли навстречу пятеро подрывников: старший сержант Иван Кобзарь, старшина 2 статьи Петр Бабич, сержант Рында, матрос Власенко и их командир техник-лейтенант Александр Водынин, Бронированные машины уже близко, сквозь рев моторов слышны крики «банзай» — это идет под прикрытием танков вражеская пехота. Надо было во что бы то ни стало остановить машины, иначе погибнут товарищи. И, превозмогая боль, поднялся раненый лейтенант и швырнул в движущийся танк связку гранат. Танк завертелся на месте, разматывая трак на мягком ковре трав. Но в это время из-за него вырвался еще один. Только не пропустить! Прижав к животу противотанковую мину, Александр рванулся вперед. Под гусеницы.
