Офицер заявил, что египетское правительство не возражает против прохода по Суэцкому каналу советского военного корабля, но сход на берег разрешен только командиру и доктору. На это командир ответил, что они отказываются посетить берег. Офицер сообщил: грузчики угольной гавани бастуют, и, когда приступят к работе, он не знает. Вскоре на борт поднялись бригадиры докеров. Узнав, что «Воровский» из Страны Советов, они, несмотря на забастовку, согласились немедленно заполнить трюмы топливом. После погрузки их пригласили на флотский ужин. Команда убедилась, что сведения о новом государстве рабочих и крестьян проникли и в эту неграмотную, отсталую страну. В сопровождении полицейского катера корабль двинулся по Суэцкому каналу и вышел в Красное море.

Расположенное между Африкой и Аравийским полуостровом Красное море является одним из самых жарких мест на земном шаре. Все дни стояло полнейшее безветрие. Температура в тени под тентом была 46 градусов, а в машинном отделении она поднялась до 68-ми. Плавание очень утомляло, в особенности машинную команду, где вахты менялись каждые два часа.

26 августа прибыли в порт Аден, в ту пору английскую колонию. После изнурительного пятисуточного перехода морякам был дан непродолжительный отдых. Пополнив запасы на рейде, экипаж подготовил корабль к переходу открытым Индийским океаном в 2100 миль (4 тысячи километров) до Коломбо.

Достигнув «ревущих сороковых широт», войдя в полосу действия юго-западного муссона и огромных волн, гонимых им, корабль подвергся сильной бортовой качке, доходившей до 25 градусов на оба борта. Но, имея прекрасные мореходные обводы, судно не принимало на себя воды, что подтвердило правильность выбора корабля для несения службы на Тихом океане.

8 сентября прибыли в Коломбо — главный город и морской порт острова Цейлон. Произвели салют наций, с береговой крепости ответили на приветствие и подняли наш флаг. Экипаж совершил экскурсионные поездки по острову, посетив знаменитый ботанический сад и древнюю столицу Цейлона — город Канди. Впервые советские моряки стали свидетелями тяжелого труда рикш. Такой вид транспорта они отвергли и на настойчивые предложения подвезти неизменно отказывались, но, проходя мимо, клали монеты на сиденья.