Бутусов попытался что-то возразить, но ритуал собрания уже был до деталей продуман, решение объявлено…

Встреча подходила к концу, когда Василий Павлович отвел меня в сторону и сказал, заметно волнуясь: – Понимаете, произошла досадная накладка. Старейший футболист здесь вовсе не я. Здесь был Сысоев. Сам Сысоев. Валентин может обидеться…

– Какой Сысоев? – спросил я, недоумевая.

– Как, вы не знаете Сысоева?! Да это же целая страница нашего футбола.

– Так где же он?

– Только что ушел. Устал, вероятно. Ведь ему уже за восемьдесят. Но вы обязательно познакомьтесь с ним. Не человек – легенда.

– Непременно познакомлюсь! – воскликнул я.

Вскоре были наведены необходимые адресные справки, и через неделю я уже был в доме на Спартаковской улице, где с 1887 года безвыездно жил Сысоев. Дверь открыл худощавый, собранный мужчина. Живые глаза смотрели приветливо и с откровенным любопытством. На вид ему можно было дать лет шестьдесят, не больше.

– Можно пройти к Сысоеву?

Мужчина весело, даже озорно улыбнулся и, взяв меня под руку, любезно провел по коридору в просторную, залитую ярким солнечным светом комнату.

– Валентин Сысоев живет здесь,- сказал он нарочито медленно.- Это я и есть.

– Вы? – искренне и, вероятно, совсем некстати удивился я. Идя на встречу с ветераном футбола, которому уже пошел девятый десяток лет, я, естественно, ожидал увидеть несколько иного человека. Ведь время не щадит никого.

– Вы тот самый Сысоев, который играл за сборную Москвы и России на заре века?

– Совершенно верно,- последовал ответ.- Тот самый. А что, собственно, вас привело в замешательство? Не похож? Или вы думали, что я уже старая развалина и не могу без посторонней помощи слезть с печки?

Ему тогда, вероятно, было весело, интересно видеть мою растерянность, мое недоумение, в то же время доставляло удовольствие чувствовать, что выглядит куда моложе своих лет, что он по-прежнему бодр, здоров и может вести себя на равных с любым. Он хлопотал возле буфета, суетился, доставал и клал на стол один альбом за другим, находил старые газеты и журналы, которые я, по его словам, обязательно должен прочесть.