18 августа 2001 года. «Анжи» – ЦСКА. Роковое столкновение Будуна Будунова и Сергея Перхуна

То, что пережили футболисты ЦСКА за эти десять дней, когда Сергей оставался в коме, не передать словами. Какие тут тренировки, когда твой коллега, твой друг, который совсем еще недавно вместе с тобой выходил на поле, находится на волосок от смерти! Это самое тяжелое, когда ты искренне хочешь помочь человеку, но не можешь этого сделать. Как и все мы, армейцы каждый день ждали обнадеживающих вестей из больницы. Новости футболисты обычно узнавали либо от доктора команды Артема Катулина, либо от Павла Садырина. Перед каждой тренировкой он собирал их на 10–15 минут и рассказывал о последних изменениях в состоянии Сергея. «Всю неделю после этой игры мы были, как на иголках, если не сказать больше, – вспоминал защитник Максим Боков. – Ужас, что творилось на душе». «Как только встретимся, главный вопрос: «Как там Серега?» – это уже слова Станислава Лысенко. – Если утром не было тренировки, звонили доктору на мобильный телефон, спрашивали, есть ли улучшение в его состоянии. А он, как правило, отвечал: «Все так же».

«Всю неделю после этой игры мы жили надеждой, – сказал Сергей Филиппенков. – Лично я не предполагал, что все закончится именно так. Думал, Серега вытянет. Были разговоры, что ему придется расстаться с футболом. Но в то, что он выживет, я верил».

Увы, этого не случилось. Во вторник, 28 августа 2001 года, в 5.30 утра армейский вратарь скончался. Когда мы узнали эту страшную новость, в душе каждого из нас что-то оборвалось. Как такое могло произойти? Почему? За что? Футбол не стоит таких жертв… «В то утро я позвонил нашему врачу и, как всегда, спросил: «Как там Серега?» – вспоминал Станислав Лысенко. – Еще так бодро спросил. А в ответ короткое: «Он умер». И сразу повисла пауза. С минуту мы молчали – и я, и он. Никак я не мог поверить, что такое может быть. А когда положил трубку, просто зарыдал. Полдня не мог в себя прийти – жена успокаивала».