Нил не поверил собственным глазам. Сеттер неподвижно лежал на боку. Некогда блестящая шерсть промокла, почернела и слиплась от грязи и копоти. Тяжелая обгоревшая балка пригвоздила его к земле, удар пришелся на спину и задние лапы.

Эмили закричала. Подоспевший вскоре Боб откинул бревно в сторону, опустился на колени рядом с Рэдом, погладил его по морде. Пес встрепенулся, заскулил, попытался приподнять голову.

— Он жив!

— Но очень серьезно ранен, — мрачно произнес Боб.

Рэд попытался было встать, приподнялся на передних лапах, но задние лапы его не слушались, и он снова упал в грязь.

Боб ласково потрепал его по холке. Пес совсем обессилел и явно страдал от боли. Шерсть на животе намокла от крови.

— Тихо, малыш, лежи спокойно, — Боб обернулся к Нилу, — пойди, посмотри…

Послышался звук мотора, хлопнула дверца.

— Должно быть, это Майк! — воскликнула Эмили.

Она бегом бросилась к калитке, и вскоре вернулась в сопровождении ветеринара. Майк Тернер поставил свой чемоданчик на землю, провел рукой по лбу. От его обычного оптимизма не осталось и следа.

— Приехал, как только смог, — пояснил он, опускаясь на корточки рядом с Бобом, и стал методично ощупывать пса. Рэд все так же лежал на боку, лишь иногда поскуливал. Паркеры с ужасом ждали его приговора.

— Плохи дела, — Майк поднялся на ноги, потер усталые глаза. Видно было, что он еще не отошел от сна. — У него сломана задняя лапа, но боюсь, что это наименьшая из всех бед. У него проникающее ранение в области живота, может возникнуть заражение. Вероятно, и позвоночник поврежден.

— Сломан? — в ужасе воскликнул Нил.

— Пока ничего не могу сказать, мне нужно хорошенько осмотреть пса в клинике. Но переохлаждение, и шок, и угарный газ…