Я устроился поудобнее.

– Чепуха, – буркнул Вульф. Он откинулся в кресле и скрестил руки на животе. – Чепуха. Вам не удастся арестовать моего клиента ни по какому обвинению. Мой клиент мертв. Да, кстати, это так? Труп идентифицирован?

– Разумеется, – кивнул Крамер. – А как же иначе? Парикмахер, дантист и наш врач – они эксперты. А вы полагаете, это было убийство ради страховки?

– Я вообще не полагаю. Никогда… Значит, вы не можете арестовать моего клиента.

– Гудвин сказал, что вашим клиентом является миссис Пур.

– Мистер Гудвин слишком импульсивен. Вы ведь читали расписку?.. Итак, вы собираетесь обвинить миссис Пур?

– Думаю, что да.

– Разумеется.

– Не надо, не надо, – ощерился Крамер. – Что, разве я не заехал к вам специально, чтобы сообщить об этом?

– Тогда продолжайте.

– Ладно. – Крамер пожевал губами, думая, с чего начать. – Сначала я закончу ответ на ваш вопрос по поводу идентификации. Нет ни малейшего сомнения, что это был Пур. Дело не только в самом трупе – другие вещи тоже подтверждают это. Лифтер, посетители таверны – его там знали… Так зачем вам нужна его фотография?

– Она у вас с собой?

– Нет. Очевидно, их вообще не было. Да я и не очень-то интересовался этим после того, как дантист и парикмахер мистера Пура опознали труп. Хотя, честно говоря, одной из причин моего визита к вам является желание узнать, почему вы сомневаетесь в личности покойного.

– Не важно, – покачал головой Вульф. – Если вы собираетесь арестовать миссис Пур… Да, вы говорили…

– Угу. Разумеется, Гудвин рассказал вам о коробке с сигарами?

– Кое-что.

– Так вот, Пур за два дня выкуривал целую коробку. Двадцать пять сигар. Он покупал сразу по десять коробок в лавке на Варик-стрит, недалеко от фабрики. У него на квартире осталось еще четыре нераспечатанные коробки, и с ними все в порядке. Та же, которую он распечатал, вернувшись домой во вторник, – в ней заряжены все оставшиеся двадцать четыре сигары. Любая из них убила бы Пура через две секунды после того, как он прикурил ее.