— А-а-а… И что же вы теперь хотите?

«Как з магазине, честное слово, — обиделся Евгений. — Хоть бы зайти пригласила по старой памяти, ведьма!»

— Мне нужно поговорить с Геннадием Геннадиевичем по очень важному делу.

Ведьма скривила не по возрасту зубастый рот.

— Опоздали, молодой человек, — провещала она громко, будто со сцены. — Он полгода уж как скончался.

Евгению показалось, что роль вестницы смерти доставляет ей удовольствие.

— Извините… не знал… сочувствую… до свидания, — поспешил он откланяться.

Хлопнувшая дверь была ему ответом. «Спятила, видать», — подумал Евгений, спускаясь по лестнице, и искренне пожалел Немчинского.

…Вечером он пробежал пять километровых кругов неожиданно легко. Пес давно сошел с дистанции и сидел с высунутым языком у фонаря, с видом подсчитывающего баллы бокового судьи.

У Евгения открылось второе дыхание, мысль работала четко.

«Три года тому ты у его знакомого в конторе работал», — сказал посетитель. Но если Немчинский, возглавлявший тогда агентство «Волк», давно умер, у кого же еще мог навести справки «богатый клиент»?.. Положим, сведения он почерпнул из рассказов Немчинского, который его выгнал с работы и два с половиной года не желал общаться… Можно представить, какую он ему дал характеристику!

С другой стороны, в Москве девятьсот законных сыскных агентств, да еще сотня нелицензированных. За три тысячи долларов выследить неверную подружку возьмется любой профессионал, располагающий к тому же фото и видеоаппаратурой, подслушивающими устройствами, машиной, не говоря уж об оружии. Да какой там за три! По договору такая работа потянет не больше, чем на тысячу. С полным набором интересующих сведений в виде звуковых и видеодоказательств…

«За такие бабки я сам замочу, кого хочешь», — сказал посланник клиента. Это — нонсенс номер три: убить человека и проследить за женщиной — суть вещи разные. Что же он, готовый на мокрое дело, отказывается от легких денег?