– Ну и в чем проблема?

– Она была замужем за Грегом Даунингом.

– Он в разводе?

– Да.

– А, теперь я вспомнил! – воскликнул Уиндзор. – Эмили Шеффер. С большими буферами.

Майрон кивнул.

– Она мне никогда не нравилась, – произнес Уиндзор. – Если не считать того, как она верещала. Это было забавно.

– Эмили не верещала.

Локвуд мягко улыбнулся.

– Стены были очень тонкими, – напомнил он.

– А ты подслушивал?

– Только когда ты выключал свет и я не мог подсматривать.

Майрон покачал головой.

– Ну ты свинья! – буркнул он.

– Это лучше, чем обезьянка.

Они пересекли лужайку и приблизились к двери. Фокус заключался в том, чтобы выглядеть естественно. Если начнешь озираться и пригибаться, тебя может кто-нибудь заметить. Но когда к дому спокойно подходят двое мужчин в галстуках, никому и в голову не придет их в чем-либо заподозрить.

На двери висела кнопочная панель с красной лампочкой. Лампочка горела.

– Сигнализация, – сказал Майрон.

Уиндзор покачал головой:

– Подделка. Просто огонек. Наверное, купили в соседнем универмаге. – Он осмотрел замок и поцокал языком. – Всего лишь жалкий «Квиктайт» на зарплату профи, – заметил он с явным осуждением. – С таким же успехом он мог бы залепить дверь скотчем.

– А как насчет засова?

– Он не заперт.

Уиндзор вытащил полоску целлулоида. Кредитные карточки слишком гибкие. Целлулоид в качестве универсальной отмычки гораздо лучше. За считанные секунды – не дольше, чем с ключом, – они открыли дверь и вошли в прихожую. С внутренней стороны створка имела желобок, по которой скатывалась брошенная в прорезь почта. На полу валялось несколько газет, и Майрон бегло просмотрел даты. Все это лежало здесь не менее пяти дней.

Обстановка дома была выдержана под старину или, вернее, под Марту Стюарт. Мебель в стиле «деревенская простота» – действительно простая, но за бешеные деньги. Везде сосна, ивовые прутья, старые украшения и засушенные цветы. От запаха прелых лепестков першило в горле.