– Валерка! Как кривая преступности? Много ли «звездочек» намалевал на фюзеляже?

– Зиг Хайль! – Штукин тоже обрадовался знакомцу – как нормальному земному человеку, безо всякой чертовщины. – Ося! А ты-то как? Все маниакально собираешь дензнаки? А говорили, что ты в Штаты слинял? Большой бизнес там затеял.

Ося философски вздохнул:

– Мой оперативно уполномоченный друг, зачем таким, как мы, большой бизнес?

– Как зачем? Для достижения мирового господства! – брякнул, не думая, Штукин, сразу же вспомнил слова Снежанны и почему-то вздрогнул.

Ося посмотрел на него подозрительно:

– Ты что, поступил в университет? Занялся геополитическими вопросами?

– Ось, ну как ты мог такое про меня подумать?!

– Я и сам испугался, – усмехнулся мошенник. – Ну, а раз бояться нечего, то… то ситуация не такая уж хреновая, как могло показаться… Как говорил один мой знакомый: «Казалось, что нам – пиздец. А оказалось – что не казалось!»

Валерка заржал, а Ося схватил его за рукав и потащил обратно в бар:

– Давай-ка, брат, давай-ка… А давай-ка накатим за свиданьице! А? Душа горит, мне в нее мусора наплевали цинично…

Минут через сорок они уже прикончили семисотграммовую бутылку водки и совсем не собирались останавливаться.

Штукин от водки и приятного собеседника как-то душевно сомлел, наконец-то отпустило постоянное нервное напряжение, незаметно мучившее его последние полгода. Валера умиленно посмотрел на собутыльника, на простого и веселого жулика, на человека из его прошлой жизни – той, в которой все было проще и естественнее:

– Ось, а ты… Ты с чего жульманством занялся? Ты вообще – кто такой?

Ося посмотрел на опера с интересом, но ответил уклончиво:

– Я – Джуви Пропаччи из семьи Крузинелло клана Пентаджили.

Штукин кивнул: