Насадка – одна личинка репейной моли. Можно насаживать и одного мотыля, но обязательно «чулком» – занятие кропотливое и надоедливое, особенно учитывая размеры добычи. Место для ловли выбирается мелкое – чтобы можно было вынуть рыбешку над поверхностью льда, не перебирая леску руками. Если верховки начинают клевать не сразу, можно подманить их, бросив несколько щепоток песка, смешанного с мукой и сухим молоком: аппетитно пахнущая смесь привлекает рыбок, но не насыщает их. Суть ловли в том, что касаться добычу руками не приходится: при поклевке поднимаете над головой удочку, и, если попалась рыбешка, слегка встряхиваете ею над каной с живцами, – верховка сама отцепляется с лишенного бородки крючка. При удачном выборе места за 20–30 минут можно наловить несколько десятков живцов.

Как-то раз, от беды и лютого бесклевья, я целый день занимался такой ловлей: счет под вечер шел уже на сотни и приближался к тысяче, мышцы правой руки отчаянно бунтовали против этакой бесчеловечной эксплуатации, но весь волюнтаризм затеи довелось оценить лишь дома, когда я решил потушить улов на медленном огне, на манер шпротов, и занялся его чисткой… И заявляю со знанием дела: верховка рыба вполне съедобная, даже очень вкусная. Но годится лишь на живца.

Хотя в Белоруссии, в местах, где приличных водоемов поблизости нет, лишь болотца с вьюнами и прудики с верховками, – там верховок ловят в огромных количествах мелкоячеистыми саками и примитивными бреднями – не сетными, а слаженными из редкотканой мешковины. Улов перемалывают на рыбные котлеты, причем чистят голыми руками, без каких-либо приспособлений, на удивление быстро и ловко: два-три движения пальцами – и чешуя легко отделяется от боков рыбешки, голова буквально «отщелкивается» ногтем большого пальца, затем содержимое брюшной полости аккуратно выдавливается через образовавшееся отверстие. Увы, воюя со своим рекордным уловом верховки, я не был знаком с белорусским способом чистки…