- Какова его себестоимость?

Я понял, что он хотел спросить.

- В 31,2 копейки.

Он с удивлением посмотрел на меня.

- А две десятых-то зачем?

- Все учел, до транспортных расходов.

- Все же дороговато. Но, по-моему, получилось не плохо, не отличишь от образцового. Давай выпускай партию. А как Измаил?

- Отличный парень. Схватывает все на лету.

- Ну и отлично.

Сначала в день мы делал по 100 рублей, потом приспособились и стали гнать по 430.

Мишку я встретил на улице.

- Сашка, где ты пропадал? Мы с Машей тебя переискались.

- Работаю.

- Где работаешь-то?

- В магазине.

- Шикарно живешь. Вон корочки какие, да и костюмчик что надо. Пойдем со мной, мы сейчас в кафе собираемся, вот Маша обрадуется.

- Катись ты от меня подальше, понял. Чтоб больше тобой не воняло на моем пути.

- Ты что обиделся на меня за монеты. Да отняли их от меня. Поймали, допросили и избили.

- Мало били.

Я повернулся и пошел.

Дома я не успел снять туфли, как раздался звонок в дверь. В дверях стояла Маша. - Сапка... Мне Миша сказал, что ты пришел. Я и побежала к тебе... Прости меня Сашка... Прости за это выступление на собрании. Это какой-то дурман и я дура попалась.

- Входи, чего стоишь в дверях.

Она вошла и молила меня взглядом о пощаде.

- Если я тебе скажу, что прощаю, то это не правда. Я предательства простить всеравно не могу. Ты одним только словом изменила мою судьбу. Теперь я неизвестно кто.

- Саша, я подлая тварь.

Она заплакала и сквозь всхлипывания продолжала.

- Меня парторг с начальником отдела кадров два часа обрабатывали, чтоб я выступила на собрании. Они пригрозили, что выгонят меня вместе с тобой, если не буду выступать.

Маша глухо рыдала в стену.