В случае человека упущенной веткой является обычный ментальный процесс, который постоянно вызывается, чтобы поддержать малейший жест, малейшее действие -- все является веткой. Когда мы соскакиваем с ментальной ветки, тогда поначалу попадаем в пустыню, бездну -довольно устрашающее ничто, в котором боишься потерять свой разум. Все же именно эта пустыня призывает другую вещь. Прежде чем сможет прийти другая вещь, должно быть подготовлено для нее место. И тогда неожиданно, сначала с удивлением, потом все с возрастающим изумлением замечаешь, что это отвечает. Ответы приходят со всех сторон, они кишат повсюду, под нашими ступнями, перед нашими глазами, в случайных встречах, жестах... они вливаются отовсюду. Это неожиданно, непредсказуемо, мы можем пройти рядом и не заметить ничего: внезапно вещи начинают означать нечто, все означает нечто. Поистине, кажется, что другая жизнь только и ждет, чтобы мы освободились от старого, тогда она и наступит. "Вот в чем дело", -говорила она, -- "как раз нечто иное собирается проделать работу". Нам не нужно "делать" сверхчеловека: мы должны лишь позволить ему быть сделанным. Мы всегда забываем, что растем в мире, где все уже есть; именно будущее вынуждает нас делать шаги, будущее за нашими шагами... в зависимости от нашей позиции есть старый способ видения или новый, старая привычка бытия что-то новое. Тысячелетняя привычка скрывает вечно-присутствующее излучение. Подходит время, когда эволюционная клетка, формировавшая и "вырезавшая" все эти маленькие забывчивые отдельные "я" -отделенные для того, чтобы начать осознавать себ -- должна быть взломана, так чтобы мы начали осознавать Великое Сознание и воспроизводить в одной точке тотальное сознание. Вот какое время. Человек может сотрудничать. Мы путешествуем через вечно существующую Амазонию... лишь для того, чтобы в конце осознать, что это и есть Амазония. Тогда наш взгляд смещается повсюду: все остается тем же самым, и все же все становится ясным.