Тем временем, жены в шикарных дорожных костюмах ревниво оглядывались по сторонам, отслеживая качество и количество чемоданов своих недавних соседок по первому классу. Как только Брыся выскочила из клетки, их внимание сразу переключилось на нас: наверное, они подумали, что это очень важная собака, раз она летела с их багажом.

— Где мы? Я ничего не понимаю! — бормотала Брыся, озираясь по сторонам и пытаясь тянуть поводок в двадцати пяти разных направлениях.

— Успокойся, Брыся, — терпеливо повторяла я, — мы во Франции.

— И ты здесь живешь?! — заныла она. — Мне не нравится! Я хочу домой!

— Брыся, это — аэропорт! Сейчас нас отсюда заберут!

— А когда? Тут ужасно воняет!

Я нервно набирала номер ЖЛ, который уже давно должен был ждать нас на стоянке.

— И чего ты кричишь? — невозмутимо отозвался он. — Я стою у седьмого подъезда и жду, когда ты мне позвонишь. Выходите!

— Брыся, ты слышала? Он стоит у седьмого подъезда, — повторила я и взяла ее на руки, чтобы немного успокоить.

— А как мы его найдем? По запаху? — продолжала волноваться Брыся. — А вдруг мы его совсем не найдем?

— Ты считать умеешь? — спросила я, переводя разговор на другую тему.

— До четырех лап! — гордо ответила Брыся. — Когда мне мыли лапы, всегда говорили «раз лапа, два лапа, три лапа, четыре лапа». Я запомнила!

— Молодец! Давай, считай подъезды! Пошли!

Мы пошли к седьмому подъезду, волоча за собой клетку-переноску и чемодан.

— Раз! Лапа… Два! Лапа… Три! Лапа…Четыре! Лапа… А много еще?

— Еще почти столько же. Давай, продолжай!

— Раз! Лапа… Два! Лапа… Три! Лапа… Четы…

— Стоп! Пришли! Вот он, седьмой!

Брыся обрадовалась и запрыгала на месте, хватая меня за полы куртки. Мы сразу увидели ЖЛ: он уже открывал багажник.

— Брыся! Это — папа! — как можно торжественней произнесла я.