Освещенную фарами машину грузин, идущую к тому же не слишком шустро, тут же обстреляли. Пули ковыряли асфальт и искрили. Лопнула простреленная правая покрышка, метнув пыльное облачко. Слегка повело тяжелую цистерну. Но второе колесо в паре держалось нормально.
Сначала Мамед хотел дать команду немного приотстать. Но тут же сообразил, что тогда они сами попадут в свет фар идущей сзади машины. И тогда весь огонь снова сосредоточится на них. Им это надо? Ну, и хрен с ними, с грузинами! Лучше пусть скорость прибавят.
Словно услышав его мысли, Вахид принялся сигналить. Но кацо никак не отреагировали на требовательный вой клаксона. Ни скорости не прибавили, ни к стенке не прижались, чтобы дать место для обгона хотя бы со стороны пропасти. Продолжали тащиться по осевой, помахивая четырнадцатикубовым полуприцепом. Похоже, их "Колхида" и так волокла на пределе сил свой чудовищный прицеп.
И тут грузинам влепили очередь прямо в задницу. Видимо, из пулемета, потому что от заставы отъехали уже изрядно, из автомата так кучно не достать. Магазин пулеметчика был снаряжен для ночного боя: два обычных патрона, один трассирующий - таким порядком. Сейчас легкий трассер сидел в выпуклом металлическом торце цистерны и брызгал струей красных пороховых искр. А тремя десятками сантиметров выше, почти под верхней кромкой, из пулевого отверстия хлестал белый султан пара и брызг, подсвеченный снизу розовым светом догорающего трассера. Что такое для пули со стальным сердечником какая-то жестянка, ежели она железнодорожный рельс насквозь пробивает? Томпаковая оболочка и свинцовый кончик вокруг дырки размазываются, а каленый сердечник вперед уходит. Ручной пулемет Калашникова, калибр семь и шестьдесят две сотых миллиметра, - прошу любить и опасаться...
Мамед выругаться от испуга не успел, как белый султанчик пара вспыхнул, превратившись в тугую струю голубого газового пламени. А дорога резко пошла вниз. Проклятые кацо! Нет бы прибавить ходу минуту назад. Каких-то двадцати секунд не хватило дуракам, чтобы выйти из сектора обстрела. Сейчас можно хоть на первой скорости идти, с заставы уже не увидеть - горка сзади заслоняет. Да только лупит в ночь яростная струя голубого огня. За день раскалилась цистерна на солнце, сейчас сбрасывает давление...