После этого мне оставалось решить главный вопрос: будет ли голавль набрасываться на жука, когда я стану ловить плавом?

К сожалению, массовый вылет жучка - садового хрущика - начался как никогда поздно - 11 июня. Из-за ненастной погоды вылетал он не каждый день, и голавль редко выходил на поверхность воды. Уловы на хрущика оказались скромными. Оставалась надежда на майского (июньского) жука. И она сбылась. Не забыть мне одного, во всех отношениях удивительного, часа рыбалки - то был мой час!

Массовый вылет майского (июньского) жука в 1976 г. тоже задержался, и задержался сильно, на целых три недели. С первым запасом этих жуков появился я на берегу залива лишь 14 июля. Занимался чудесный летний день. Было тепло. В просветы между крохотными облаками, похожими на клочки ваты, разбросанные по небу, пробивались солнечные лучи. Тишина. На воде ни одной морщинки. Лишь кое-где бесшумно плавилась крупная рыба.

Присаживаюсь, изготавливаю снасть, волнуюсь, но не спешу. Сбрасываю с катушки метров двадцать лески и отправляю вперед свою "подводную лодку" и жука на крючке. На излете поплавка легонько подаю удилище назад и тут его опускаю. Заброс получился нормальный, без хлесткого удара по воде. "Перископ" [Описание поплавка "перископа" см. в статье "За голавлями" в 33-м выпуске альманаха] и жук легли на одной линии со мной и стали медленно подаваться влево, в сто-рогу Кегума. Задерживаю поплавок, пропускаю жука вперед, моргаю, открываю глаза, а на воде уже ни жука, ни "перископа", лишь не намокшая еще леска стремительно уходит вниз. Подсекаю - и чувствую: есть первый голавль на жука! Правда, не великаном оказался, но я был доволен и им.