С оружием наперевес, первые южноафриканские десантники уже бежали к близлежащим кустам. Навстречу им из тени выступил какой-то человек. Беккер помахал ему рукой. Поравнявшись, они обменялись рукопожатием.

— Kaptein, я рад, что вы пошли на это. — Сержант ван Миген был одного роста с Беккером, но немного полнее и в испачканной форме. Он с группой разведчиков был сброшен с парашютом несколькими часами раньше, чтобы подготовить место приземления и обнаружить цель.

— Все в порядке? — спросил Беккер.

— Абсолютно, — в голосе сержанта ясно слышалось презрение к противнику. — На всякий случай я оставил Кемплера следить за негодяями. Мы находимся примерно в двух с половиной километрах от городской окраины.

— Отлично. — Беккер оглядел поляну: его ребята уже построились в колонну по двое, готовые к маршу; вперед были высланы разведчики и боевое охранение на случай засады. По обе стороны от Нкуме находились двое рослых рядовых — на таком расстоянии, с которого его легко было бы достать ножом. А неподалеку трое лейтенантов с нетерпением ждали приказаний. Капитан кивнул им.

— Итак, господа, в путь!

В темноте сверкнули белозубые улыбки, и лейтенанты разошлись каждый к своему взводу.

Колонна пришла в движение, молча пробираясь сквозь хитросплетения зарослей. Не было слышно ни голосов, ни звяканья амуниции — ничего, что могло бы выдать их присутствие. Южноафриканская диверсионная группа приближалась к намеченной цели, расположенной на расстоянии ста шестидесяти километров от границы Республики Зимбабве — в глубь страны.

Лежа на вершине невысокого холма, Беккер смотрел на городок под названием Гавамба; офицеры и сержанты сидели на корточках рядом.