Он ищет красоты - прекрасной стану, Ума - божественной пред ним предстану... И если трудно верным быть одной - Он тысячу найдет во мне самой: Коль хочет, пусть меняет их беспечно - Все ж от меня не отойдет он вечно.
Эти строки триста лет назад написал французский поэт Антуан Эроэ. "Совершенная подруга" - так назвал он свою поэму. С тех пор мир изменился до неузнаваемости. Другие времена, другие нравы. Но вот наш современник, писатель Михаил Пришвин, обращается к
своей любимой: "Тот человек, кого ты любишь во мне, конечно, лучше меня: я не такой. Но ты люби, и я постараюсь быть лучше себя".
Вот она, сверхзависимость, непременно присутствующая в любом подлинном чувстве! Наверное, именно ее-то л имел в виду Пушкин, когда назвал счастье лучшим университетом: "Оно довершает воспитание души, способной к доброму и прекрасному".
Сколько недоразумений, а то а трагедий происходит там, где семейная жизнь начинается с попыток отстоять свою независимость, понимаемую как право жить, не считаясь с настроениями, привычками, всем предшествующим опытом того, кого мы сами, никем не принуждаемые, выбираем себе в мужья, а своим детям - в отцы. "Мало ли что ты не одобряешь слишком коротких платьев, или крашеных волос, или курения, или развязного поведения в мужском обществе, хочу и буду!" Не правда ли, печально знакомый текст? "На каком основании ты меня допрашиваешь? Да, была с подругой в кафе. Тебе не хотелось бы? Скажите, пожалуйста! А мне хотелось бы! Мы же с тобой договорились, что будем жить, не стесняя свободы друг друга". Свободы? Свобода - вещь прекрасная, да только с правилами нормальной семейной жизни практически далеко не во всем совместимая, потому что главное в этих правилах - радостное подчинение желаниям другого.