Минут за двадцать до конца бразильцы вели 4:1. И тут они, желая скоротать время, принялись катать мяч. Публика, к тому времени покоренная их игрой, начала хлопать, любуясь их изяществом. Бразильцы чуточку переборщили, зазевались. Грен перехватил мяч, послал его Хамрину, тот – на выход центральному нападающему Симонссону, и удар мимо выбежавшего Жильмара – в сетку. Озорная беспечность была наказана, да еще публично. Но как же бразильцы взвились! Снова перед нами та же страстная, увлеченная команда, и шведы в глухой обороне. Пятый гол, завершивший матч и чемпионат, был голом самолюбия, голом расплаты, голом извинения за минутную слабость. Это преображение было чудесным мгновением.
Тогда я понимал, что вижу чемпиона мира без страха и упрека. Теперь я знаю, повидав другие превосходные команды, что та – единственная, несравнимая.
4. «Динамо» (Киев) – «Торпедо» (Москва). 16 октября 1960 г
Матч небывалый потому, что должен выявить чемпиона, которого прежде у нас не было. В 21-м предыдущем чемпионате побеждали три московских клуба: «Динамо», ЦСКА и «Спартак». К этому привыкли, считалось, что только так и должно быть. И вдруг не кто-то из тройки, а «Торпедо» либо киевское «Динамо» станет первым. Впрочем, «вдруг» – не совсем точно. На протяжении всего чемпионата, разыгрывавшегося в тот год в два этапа, эти клубы выделялись и вызывали симпатии. «Торпедо» особенно. Эту команду в том сезоне нельзя было назвать иначе как талантливой. Она была молода, играла в охотку, весело и изящно. Прошло много лет, а ее до сих пор вспоминают добрым словом на трибунах; у многих юношей, позже ставших мастерами, она вызывала желание играть так же складно. Да и сами себе торпедовцы нравились, они ходили гордые, томные, чуть задрав нос, что уже год спустя их подвело. Но тогда, еще не став чемпионами, они воображали о себе в меру.