Может быть, это было шуткой или плодом больного воображения? Начальник тюрьмы несколько сомневался в существовании этих опасных книг, но вскоре ему пришлось изменить свое мнение.

Несколько дней спустя Скотленд-Ярд прислал инспектора Симпсона. Его разговор с Джоном Флакком был очень короток.

— Речь идет о твоих книгах, Джон, — сказал он. — Плохо будет, если они попадут не в те руки. Равини говорил, что ты где-то запрятал около сотни книг.

— Равини? — Старый Джон Флакк оскалил зубы. — Слушайте, Симпсон! Что же вы думаете, вы будете всю жизнь меня держать в этом проклятом месте? Да?… Вы жестоко ошибаетесь. В одну прекрасную ночь я потихоньку исчезну — можете доложить это начальнику, если хотите, — и тогда я поговорю с Равини с глазу на глаз.

Голос его сделался громким и пронзительным и знакомое Симпсону безумное пламя снова появилось в его глазах.

— Были ли у вас когда-нибудь сны наяву, Симпсон?… У меня их три. Я изобрел новый метод, как исчезнуть с миллионом. Это — номер первый, но это еще не так важно. Номер второй касается Ридера. Я мечтаю о том, что я его встречу одного, в темную туманную ночь, когда полицейские не смогут разобрать, откуда доносятся крики. А мой третий сон — это Равини. Но Георгу Равини везет — он умрет прежде, чем я отсюда выйду.

— Ты с ума сошел! — вырвалось у Симпсона.

— Поэтому я и здесь, — рассудительно возразил Джон Флакк.

Эти разговоры — с инспектором и начальником тюрьмы — были самыми длинными, которые он вел за все шесть лет своего пребывания в Бродмуре. Обыкновенно он или писал, или бродил по тюремному двору, опустив голову и заложив руки за спину.