Обладая исключительным нюхом на наживу, Бен, натолкнувшись на выгодное дело, выдаивал из него все, что мог, а потом кидался на поиски новой авантюры. Остановить его было очень трудно, он не обращал внимания на преграды и, в случае необходимости, хватался за оружие. Но времена переменились, и теперь Бен считал себя удачливым бизнесменом, который вложил свои честно заработанные денежки в разные прибыльные дела. Некоторые из этих дел были действительно законными - два ночных клуба, такси, букмекерские конторы и шикарный мотель на Лонг-Бич, но если бы кто-то захотел копнуть глубже, то обнаружил бы, что эти побочные предприятия финансировались прибылями с основных, менее законных: торговли наркотиками, публичными домами. Бен не пренебрегал и шантажом, а кроме того пользовался известностью самого щедрого скупщика краденого на всем побережье.

Бен Делани жил в роскошном двадцатикомнатном особняке, в правом крыле которого находилась контора, откуда ему было очень удобно править своим криминальным государством. Бену уже ненужно было носить оружие: он вполне мог нанять армию головорезов, которые готовы были защитить его от недоумков, решившихся посягнуть на богатства гангстера. Бена слегка раздражала необходимость тратить огромные суммы на подкуп полиции, но это обеспечивало ему полный покой и невмешательство со стороны властей. Бен вполне довольствовался своим положением, и если бы не пресса, которая, подобно своре гончих, преследующих оленя, старалась побольнее укусить его, глава гангстеров давно бы уже сделался одним из самых уважаемых граждан Лос-Анжелеса.

Много лет назад Бен Делани предстал перед судом по обвинению в убийстве, и, хотя адвокат нашел щелку, достаточно широкую для того, чтобы он смог выскользнуть, газетчики не желали забывать об этом. Кроме того, они прекрасно помнили, что приблизительно в то же время Делани был замешан в деле об изнасиловании девушки-горничной. Правда, его оправдали тогда за недостаточностью улик, но зато теперь, как только газеты начинали задыхаться без новостей, они принимались обсасывать сомнительный факт биографии Бена Делани.