Курцхаар никогда не был у нас столь популярен и только в настоящее время порода находиться на пути признания ее истинного назначения. Для этого имелись свои причины. До революции немецкий брак встречался довольно редко, хотя любителей отстаивающих приемлемость его рабочих качеств хватало. За все время существования родословной книги Московского общества охотников с 1890 по 1914 в ней было записано лишь 17 немецких браков. В то время как и везде шло повальное увлечение островными легавыми, чему способствовало обилие дичи, особенно полевой, болотно-луговой. Стрельба из-под легавой придавала охоте спортивное направление, так как она в определенной степени уподоблялась стрельбе на голубиных садках. В лесной и таежной зонах России с легавой практически не охотились, так как там монопольно использовалась лайка, коллективных охот в европейском понимании не осуществлялось. В таких условиях курцхаару просто негде было проявить своих разносторонних преимуществ. К тому же на него смотрели исключительно через призму рабочих качеств островных легавых, полностью отметая разностороннее назначение. Все усилия были направлены на «улучшение» немецкой легавой и заглушение её природных задатков, в частности зверовых. На деле же, врожденные задатки немецкого брака неплохо подходили для наших разнообразных охот. Охотники это ценили. Стоит вспомнить пресловутые породы так называемых русских легавых: пушкинские, дмитровские, орловские, польские, офицерские и прочие. Большинство из них были короткошерстными и на деле представляли из себя не что иное, как различные помеси немецких и иных браков с пойнтерами.

После Революции положение с курцхааром в целом не изменилось, хотя и имелись кинологи вставшие на защиту породы. Среди них известный кинолог М. Д. Менделеева-Кузьмина, которая пыталась донести до охотников смысл предназначения курцхаара. Вот, что она, в частности, писала: «Следовало бы вспомнить, что кинология должна служить охоте. Путь один: интересы охотника и кинолога должны слиться; значит, надо дать охотникам собак наиболее пригодную для целей охоты, послушную, с хорошим поиском, который она могла бы менять по мере надобности, чутьистую и обладающую разносторонним охотничьим умом, не узко специализированным».