Дома лает почти все время. Не лает, только когда ест или спит.

Когда хочет есть — лает и тянет к миске кого-нибудь зубами за подол одежды.

У собаки есть свое место в комнате в углу, там, где, по мнению родителей, «ей никто мешать не будет», «а на самом деле ей никто не мешает, мешает всем она». Собака там не спит. Спит каждый раз в разном месте, но на это место обязательно в данный момент кто-нибудь претендует. Например, папа захотел посмотреть кино и только хотел устроиться в кресле, как пес «тут как тут», «и попробуй его прогони!».

НТ к псу не лезет, боится. Негативные эмоциональные проявления у девочки участились. «Дома ведет себя безобразно, все время орет, чего-то клянчит, уроки не делает, и так дура, так еще и учиться не хочет», «все ради дочери, любые меры принимаем, чтобы облегчить ее болезнь, вот и собаку-то завели, потому что врач посоветовала для социализации ребенка», «собака должна успокаивать, а здесь все наоборот, мы собаку успокаиваем!».

Уже из этого эмоционального рассказа отца девочки нам стало ясно, что животное не только не способствует решению проблем ребенка, но усугубляет динамику семьи своим присутствием. Пес явно претендует в семье на место лидера, проявляя выраженную соперническую агрессию. Постоянный лай собаки в доме даже в присутствии членов семьи говорит о серьезных невротических нарушениях [подробнее о нарушениях поведения и психики у собак см. А. В. Никольская, 2007], т. е. поведение данной собаки требует коррекции, которая бы включала участие всех членов семьи, с тем чтобы простроить для собаки четкую семейную структуру. Однако родителям девочки не до коррекции поведения собаки, собаку завели, чтобы помочь ребенку адаптироваться в окружающем мире.