— Сиди и говори только тогда, когда тебя будут спрашивать, — пробасил над ухом один из парней, прижимая мощной рукой его тело к стулу.

— Ты хорошо помнишь июнь восемьдесят седьмого года?

— Да, помню, а что? — быстро ответил тот, нервно потирая руки.

— Я слышал, что ты большой любитель тяжелого рока.

— Увлекаюсь немного, но я не пони… — Его «речь» была оборвана несильным ударом кулака по голове.

— Я же предупреждал! — усмехнулся парень за спиной.

— Пока поешь без фальши… — кивнул ЛешаШкаф. — А имя Илона, согласись, довольно редкое, тебе ято-нибудь говорит? — Илона? — Он наморщил лоб, словно пытаясь вспомнить. — Нет, это имя я слышу впервые

— сказал он наконец, но глаза его стали еще беспокойнее.

— Даю тебе еще один шанс: тебе знакомо имя Илона?

— Нет, точно не знаю. — Он весь покрылся испариной.

— Молодой человек, вы играете с огнем! — проговори с улыбкой Леша-Шкаф, и кресло с Илоной медленно развернулось.

Увидев девушку, парень попытался вскочить со стула, но снова был припечатан к нему.

— Что теперь скажешь, подонок? — процедила сквозь зубы Илона.

— Но мы же договорились… Ты же обещала… — со страхом залепетал он.

— Ты же такой смелый был всегда! Куда же делась твоя смелость? Что, в задницу ушла? — Она подошла к нему и неожиданно вцепилась ему в волосы. — Сволочь, подонок, мразь! — И вдруг резко рванула его голову навстречу своей коленке. Улар был настолько сильным, что кровь брызнула из носа и рассеченной губы, парень вскрикнул от боли. — Что же ты делаешь, сука? — Я сука? — взвилась девушка, схватила висящую на стене резиновую дубинку и стала бить его по лицу, шее, спине. Тот пытался защищаться и ударил ее в живот. У девушки перехватило дыхание, а Леша-Шкаф, до этого с улыбкой наблюдавший за происходящим, подскочил к парню, схватил своими ручищами ударившую девушку руку и хрястнул о колено. Хруст кости и вопль несчастного раздались одновременно.