Не говоря о Гордоне, чье умение играть в хоккей было общеизвестно и за кем Ли Винсент всегда следил с интересом, наибольшее впечатление на журналиста производил атлетически сложенный Спунский. Однако так казалось ему только до тех пор, пока тот, неуверенно держась на коньках, не направился к синей линии, чтобы занять свое место в защите.

Итак, все было готово. По шесть игроков с каждой стороны: вратарь, два защитника, три нападающих. Остальные уселись на скамью запасных в ожидании своей очереди. Ред подозвал к себе обоих центрфорвардов – Пита Гордона и коренастого Гарри Бертона – и, бросив шайбу на лед между ними, откатился назад, со свистком наготове наблюдая за игрой. Пит легко овладел шайбой и отпасовал одному из своих долговязых крайних, который откинул ее защите. Спунский бросился наперехват, проскочил мимо и упал. Гордон объехал его, ожидая паса, но его партнер с шайбой, как и большинство ребят, находящихся сейчас на льду, знал хоккей лишь по схваткам на дворовых катках, когда целью каждого было завладеть шайбой и как можно дольше никому не отдавать ее. Несмотря на пять проведенных тренировок, он и на этот раз забыл указания тренера и, конечно, шайбу у него отобрали. Пит, который находился без всякого присмотра у чужих ворот (никто не мог бы помешать ему забить гол, получи он шайбу), раздраженно тряхнул головой и покатился в свою зону.

Ли Винсента охватил спортивный азарт. Так бывало всегда. Он не мог равнодушно слышать громкие возгласы хоккеистов, требующих паса, резкие свистки Реда, останавливающего игру, чтобы указать ребятам на ошибки, стук клюшек и хруст льда. В детстве Ли болел полиомиелитом и на всю жизнь остался хромым; это лишало его возможности заниматься спортом, но он всем сердцем был предан спорту, а хоккею превыше всего.