Покончив со вступительной частью, Джейн начала по очереди опрашивать присутствующих на предмет рода занятий, планов на будущее, сокровенных желаний и мешающих осуществлению этих желаний творческих блоков.

Первым выступил молодой бритоголовый негр по имени Лиланд, одетый в элегантный костюм-тройку. Он поведал собравшимся, что приехал в Барселону из Англии и является богатым преуспевающим бизнесменом, но бизнес не удовлетворяет его духовные запросы, в связи с чем он решил посвятить себя творчеству.

Как выяснилось, Лиланд ощущал в себе огромный творческий потенциал, но творческие блоки не позволяли ему этот потенциал реализовать, и он надеялся с помощью группы отыскать свою дорогу в жизни. Каким именно творчеством он хочет заниматься, негр тоже пока не решил, но ему очень нравилось готовить, особенно выпекать торты. Согласившись, что выпекание тортов — это поистине высокое искусство, мы дружно похлопали ему.

Среди нас оказалось несколько художников-абстракционистов, изображавших на своих холстах всевозможные сочетания цветных пятен. Художники, как и следовало ожидать, мечтали о персональных выставках, а то и о собственных картинных галереях.

Мрачный немецкий композитор, как и несколько не пишущих писателей, также страдал от творческих блоков, но вдаваться в подробности не пожелал, объяснив, что считает искусство глубоко личным делом, и его раздражают любые разговоры на эту тему.

К моему удивлению, в группе оказались две подружки, Катрин и Ева, одна из которых вообще не говорила по-английски, а другая с трудом Объяснялась на уровне начальной школы. Обе они были писательницами.

Ева, выглядевшая зажатой и испуганной, тихим голосом объяснила, что не владеющая английским Катрин пока еще вообще ничего не написала, а она сама пытается сочинять маленькие рассказики ужасов, но ее основная проблема заключается в том, что она никак не может заставить себя собраться с силами и навести порядок в своей комнате, а пока порядка нет, она в принципе не может творить.