Попав на хату, она тут же потребовала свои два куба. Мой приятель Сашка (человека звали по-другому, разумеется) выбрал почему-то в пятикубовый баян ее дозняк, и удалился с ней в одну из пустовавших комнат. Вернулся он быстро — тоже очень хотел ведь втетениться. На вопрос, зачем он поставил нашу даму пятикубовым шприцем, он ответил вполне здраво — «от крупных иголок дырки заживают быстрее». Какое-то время мы выбирали, потом ставились, потом приходовались… Где-то час спустя, мы снова встретились на кухне. Не было лишь нашей девахи. Я предположил, что с ней может что-то произойти, но Сашка успокоил меня, сознавшись в том, что втер ее четырьмя кубиками. Мы тогда, помню, все тут же ломанулись в комнату, где лежала эта телка. Включили свет и увидели совершенно голую девушку с раздвинутыми ногами, которая, не раскрывая глаз, простонала: «Дайте мне хоть пососать». У меня тогда голова закружилась, и я, как ошпаренный кипятком, выскочил из квартиры, а мои сотоварищи спокойно драли ее больше суток подряд, периодически спрыскивая раствором свой и ее темперамент. Это была, ИМХО, настоящая девочка на приход. Они после не раз ее покупали. И все бы ничего, если бы не один эпизод, приключившийся следующим после описываемой выше зимы летом. Многое мне объяснило то, что я сейчас вспоминаю. Итак, пресловутым летом я как-то зашел по делу в ту же квартиру, где происходили периодические наши марафоны, начавшие уже носить не только ритуальный характер, но и вполне осмысленный наркоманский оттенок — вмазка ради вмазки. Очень хорошо помню свою тогдашнюю философию. Я никогда не стану наркоманом хотя бы уже потому, что употребляю наркотики несколько лет, и до сих пор держу руку на пульсе. Очень распространенная обманка, затянувшая петлю не на одном горле. С того зимнего случая вся компания была в сборе и трезвой чуть ли не впервые. Когда встречались полным составом, то обязательно или бухали, или винтились. В доме гостила незнакомая мне девчонка — улыбчивая самка-послешкольница с блядским огоньком в глазах.