Судя по всему, парню приходилось очень туго: ехал он медленно, машина постоянно моталась из стороны в сторону, то рывками ускорялась, то резко тормозила — похоже, Романи держался из последних сил, борясь с полуобморочным состоянием. Один раз он даже вылез из кабины и, не обращая внимания на проливной дождь, неуверенной походкой обошел вокруг машины. Правая рука у него болталась на самодельной перевязи, а левой он яростно хлестал себя по лицу мокрым полотенцем, пытаясь хоть таким образом привести себя в чувство.

Конечно, настойчивость и мужество Романи достойны были всяческого уважения. Раненный, лишенный чьей-либо поддержки, он, невзирая ни на что, упрямо пытался выполнить поставленную перед ним задачу. Могут возразить: он попросту боролся за свою жизнь. Да, но не всякому такое по плечу!

Чтобы одолеть каких-то двадцать миль, Романи понадобилось больше часа. Но в конце концов путешествие закончилось: они прибыли в Таконик — маленький горнолыжный курорт. Название этого места Болану ни о чем не говорило. Вероятно, в разгар зимнего сезона здесь было полно народа, но сейчас курорт пустовал. И потому можно было понять логику тех, кто пожелал обосноваться тут именно в это время года. Тихое местечко, минимум свидетелей...

Болан невольно вспомнил все перипетии своей операции в Колорадо. Неужто история повторяется вновь?

Что ж, не исключено.

Штаб располагался в небольшом коттедже за высоким забором — в сотне ярдов от проезжей дороги, на вершине маленького холма. По периметру весь двор был обсажен высокими деревьями и густым кустарником, так что снаружи виднелись только крыша и часть второго этажа. Ни огонька, ни звука. По соседству с коттеджем в темноте угадывались очертания других каких-то построек.

Романи вырулил на ведущую к дому аллею — узкий асфальтовый серпантин — остановился у ворот и мигнул фарами в знак своего прибытия. В ту же секунду появился вооруженный охранник в непромокаемом плаще и, установив личность визитера, позволил проехать во двор.