В том же плане: не будем говорить об уровне удовлетворения примитивных людей, которые, не задумываясь над своей жизнью, просто растут, как сорняки на ветру. Вспомни, что существуют люди, сознательно определяющие зло королем на шахматной доске своей жизни. Я имею в виду профессиональных преступников. Так, например, согласно шкале достоинств преступного мира тот, кто ее придерживается, способен совершать самые бесчеловечные поступки при полной убежденности в своей правоте..

Мне довелось как-то читать письмо бывшего "вора в законе" Алексея Фролова, которого в конце концов умудрил его страшный и печальный опыт, молодому парню, имеющему уже две судимости. "Мне и в голову не приходило, писал Алексей Фролов, - что в моих нравственных представлениях что-то не так, что я кого-то обижаю, кому-то приношу беду... Я был преисполнен самодовольства, - кастового, если хотите. Далеко не всех уголовников я считал себе ровней: хулиганы, "штопорилы" (мелкие грабители), насильники, "барыги" (перекупщики краденого) - их я презирал, но не потому, что они были бесчестными, а потому, что в воровском мире они стояли ниже меня "по рангу".

Я жил в тюрьмах и колониях, я бежал, совершал новые кражи - чаще всего в магазинах и складах - и снова возвращался в тюрьму. Я считал это нормальным - быть в тюрьме и жить ее интересами, бежать (риск, смелость!). Свобода мне нужна была только для того, чтобы снова идти на "дело". Побеги и судимости были для нас все равно что ордена...

О, как все было просто и ясно в моей голове! Воры были для меня единственно стоящими людьми. Безграмотностью своей я гордился. Когда мне предложили прочесть книгу классика, я долго хохотал. "Чему может научить меня, меня, вора! - какой-то фраер!".

Вообще я теперь вижу: чем человек невежественнее, тем больше он категоричен. Существования других мнений он просто не допускает. И тем более жесток".