Идти нужно тихо, легкой походкой следопыта, внимательно, со всей возможной зоркостью оглядывая "нижний этаж" леса.

И вот под распластанной вековой сосной охотничий глаз различает что-то вроде ватного клочка: беляк с безупречным маскировочным искусством укрылся под деревом, среди палых листьев, вялого мха и душистой можжевели.

Выстрел, глухой и короткий, ссекает и решетит древесную кору, дробит и разбрасывает мокрые ветви. Заяц, вытянутый из-под дерева за пружинистые задние лапы, очень пушист и тяжел. Весь белый, хорошо пахнущий сосновой смолой и горьким березовым листом, он дает бодрое и веселое ощущение близкой охотничьей зимы, туманной и тихой пороши...

Пороша. По русачьим маликам. Старинное охотничье слово "пороша" вызывает ощущение пушистой легкости и пахучей свежести. Оно звучит, как зов рога: поэтическая прелесть первого снега проходит через всю жизнь охотника. Первый снег всегда возвращает бессмертную радость детства.

...За городом, в поле, было, помню, широкое и просторное озеро, летом оглашаемое печальным свистом куликов (веретенников). Мороз превращал его в крепкое звучное зеркало. Потом, в мутный, облачный день, это "зеркало" меркло, превращалось в свинцовое. На лед опускались первые пушинки, первые и очень хрупкие, серебряные звезды: начинал падать снег. Снег сыпался легко,- густо и пышно, вызывая в воображении чистоту лебедей или озерных лилий. В поле стоял легкий однозвучный шум. Снизу, от земли, поднимался тонкий свет: она уже сплошь покрывалась белизной. Снег был сухой, плотный, морозный, туго поскрипывавший под ногами.

Быстро темнело, и огни в окнах сияли тепло, уютно.

Вечером я то и дело выходил во двор - слушать падающий снег, ощущать на лице и руках его несравненную свежесть. От озаренных окон снег казался странно розовым, словно рой бабочек. В воздухе стоял нежный запах, сходный с запахом спелой разрезанной груши. И все время думалось о теплых пушистых зайцах, дремавших в молодом пахучем снегу...