Подобно тому как в южных областях Срединного Царства традиционно гордятся мастерами каллиграфии, в Лояне чествуют поэтов, в предгорьях И Шэ ценят ловцов птиц и дрессировщиков животных, подобно этому в области Сыянь издавна гордились знатоками ритуала. За их благородными жестами следили, затаив дыхание, как за выпадами искусных фехтовальщиков, и старались следовать им во всем. Одним из самых почитаемых людей в уезде был благородный муж И Моу. Когда следовало пребывать в скорби, никто лучше И не мог явить благородную сдержанность и глубокую скорбь. Лишившиеся родных в растерянности обращались к нему за советом, и пример И Моу помогал им преодолевать растерянность. Не было равных этому мужу и в способах выражения благодарности, а также и в соблюдении собственного достоинства, – наиболее высокопоставленные чиновники уезда брали у него уроки церемоний.

В Сыяни И Моу знал каждый, однако за пределами области многие люди скептически относились к сыянцам. К их числу принадлежал и принц Му, сторонник философии дао. Приехав в Сыянь, принц был полон предубеждений, и поначалу его предубеждения лишь укрепились. Но продолжительная беседы с И Моу способствовала тому, что принц переменил свое мнение. ТРЕБУЕТСЯ ответить, на чем основывалось первоначальное мнение принца и какими аргументами И Моу смог переубедить Му?

В условии задачи сказано, что Му придерживался даосских взглядов, и это уже само по себе объясняет его позицию. Сторонникам этой философии свойственно думать, что тщательность в исполнении ритуалов есть не что иное, как лицемерие. Можно представить себе, каким насмешкам подвергали И Моу даосские наставники. Достаточно вспомнить Ле Вэя, ученика Чжуан-цзы, заметившего: нельзя назвать достойной жизнь человека, единственное достоинство которого состоит в том, чтобы изображать достоинство. Вероятно, и принц Му