Несмотря на слабое освещение аэродрома в Бюккебурге, они приземлились без всяких затруднений. Грузовик отбуксировал самолет к самому краю длинного подсобного строения, где уже ожидало несколько военных машин. Гарбетт помог пассажиру сойти с самолета. Но едва он протянул руку к чемоданчику, как тот замотал головой и, взяв его сам, сел в одну из машин, и колонна тотчас тронулась. Фостер с Уиффином, выбравшись наружу, увидели только красные габаритные огни. Было свежо, обоих знобило.

— Интересно бы узнать, кто это, — произнес Уиффин.

— Лучше не узнавать, — ответил Гарбетт.

И показал на направляющийся к самолету джип.

— Думаю, нас поселят в казарме, — сказал он. — Судя по всему, это за нами.

Когда они разместились и поужинали, местные механики пригласили их выпить с ними пива. Фостер и Уиффин согласились, но Гарбетт устал и решил остаться в казарме. Он долго не мог заснуть. Лежал и пытался сообразить, кем мог быть их загадочный пассажир. И что там у него в чемоданчике, что он никому не позволял к нему притронуться? Он чертыхнулся. Какое его дело? Пассажир с секретным поручением, и его, Гарбетта, единственное задание — забрать его на следующий день. И все.

Пилот посмотрел на часы — уже полночь — и поправил подушку. Когда вернулись Фостер и Уиффин, он уже спал.

Дональд Давенпорт вышел из британской тюрьмы для немецких военнопленных сразу после одиннадцати вечера. Его разместили в гостинице, уцелевшей во время бомбежек и теперь служившей жильем для британских офицеров, расквартированных в Гаммельне. Он устал, надо было выспаться как следует, чтобы выполнить порученную ему работу без сучка и задоринки. Он немного сомневался в сержанте по фамилии Мак-Манаман, приданном ему в помощники. Он не любил работать с неопытными напарниками. Много риска, особенно если учесть, что предстоящее задание было не из легких.