И Златко предложил ему кандидатуру своего друга Бранко, с которым много лет играл вместе в сборной Югославии. Нойдеккер, впечатленный победой загребского «Динамо» над «Лидсом» в финале КЯ, пригласил Зебеца. Он пожалел об этом через неделю, когда Зебец объяснил всесильному боссу, что главный в команде — тренер, а задача владельца — «давать деньги, организовывать всё что вокруг и, главное, не лезть не в свое дело». Он был полной противоположностью добродушному и веселому говоруну «Чику». Зебец был молчалив, суров и безжалостен (или по Магату — требователен).

Его не любили, но ценили, потому что Зебец приходил и выигрывал. Как только он начинал проигрывать, от него старались избавиться — терпеть этот характер и поведение можно было только за успехи. «Бавария» в первый же зебецевский сезон стала чемпионом ФРГ.

Все футболисты, игравшие у Зебеца, отзывались о нем с огромным уважением. Потом. После того как он покидал команду и она вдруг начала тормозить, а то и вовсе валиться…

Шварценбек: «Да, конечно, это он нашел мне место на поле. Я был левым защитником, а пришел Бранко, он перевел меня в центр, к Беккенбауэру. Дальше вы знаете…»

Пауль Брайтнер, возвращавшийся в 1977-м из Испании, предпочел «Гамбургу» Крона и Гутендорфа брауншвейгский «Айнтрахт», возглавляемый Зебецем. Денег оба клуба давали примерно одинаково, «но в Брауншвейге был 3ебец, а значит — перспектива побед». Через год, когда Зебец ушел из Брауншвейга, Брайтнер тоже покинул «Айнтрахт»… В «Гамбург» пришел тренер с репутацией «делателя чемпионов», «хладнокровного мак тематика» и «молчаливого теоретика».

Магат: «На первом же собрании команды он сообщил нам, что «демократия — это в государстве, а здесь будет диктатура».

Метод Зебеца был прост — тренироваться, тренироваться и… тренироваться. Тренировки Зебеца превращались, по мнению многих, в пытку и издевательства.