Ах, это просто усталость… Дядя в высшей степени зауряден… И весь какой-то потертый… А в остальном — человек как человек. Сейчас он что-то очень уж ласково улыбается… но какое это имеет значение? Если станет совсем невтерпеж, он в любой момент встанет и уйдет — и, может быть, никогда больше не появится здесь… Мысли Мидленда приняли новое направление: завтра утром можно, например, перебраться в другой отель — и тогда ни одна собака его не найдет… Но, как ни странно, именно эта идея вернула его к действительности. Что за дикие мысли, ей-богу! Ведь нет никаких причин, чтобы бегать от родственников. Ребята у дяди — прелесть, он будет часто их навещать, пока находится в Англии. Можно вместе пойти куда-нибудь, куда им особенно захочется: например, в лондонский Тауэр или в собор Святого Павла. Это будет просто чудесно…

Мистер Мабл повернулся к жене.

— Приготовь нам что-нибудь перекусить, Энни, — сказал он. — Племянник наверняка проголодался.

— Но у меня… — начала было миссис Мабл, однако, увидев свирепый взгляд мужа, тут же закрыла рот.

— Ради Бога!.. Ни в коем случае! — поспешил вмешаться Мидленд. — Я, перед тем как ехать к вам, хорошо поужинал.

— Тогда ладно, — сказал Мабл. — Я, собственно, тоже поел, когда пришел со службы.

И засмеялся. Смех его звучал довольно фальшиво.

Разговор, все такой же натянутый и поверхностный, спотыкаясь, двинулся дальше. Что-то отвечая, задавая какие-то вопросы, Мидленд спрашивал себя: какого дьявола он не встанет и не уйдет?.. Причин, если честно, было несколько. Во-первых, с улицы все еще доносился шум ветра и дождя; во-вторых, его удерживал огонь, пылающий в камине… камин — это была лучшая вещь в доме; в-третьих, в глубине души он чувствовал некоторую радость, что сидит не в отеле, где ему совсем уж нечего было делать. У Мидленда были большие планы насчет того, чем он займется в Англии; но в этот момент он ощущал скорее тоску по родине, чем волнение от встречи с новым миром. Конечно, будь у него настроение получше, тогда можно было бы и о планах подумать…