О сборе группы я случайно узнал от знакомого туриста, и на собрании договорился о своем участии в составе отряда. Собрание было проведено на частной квартире по улице Каляева (ныне: Захарьевская, а Санкт-Петербург тогда еще был Ленинградом).

Побуждения? Они, как оказалось, у всех были немного разные. Я напишу о своих. Хотя один, небольшой опыт "спасов" в горах у меня был (в 1987 году), очень хотелось получить его в более крупном деле, внутри настоящей катастрофы - аварии с гибелью и спасением людей в зоне стихийного бедствия.

Спасение человека... Какая цель может быть выше? (А ее антипод убийство! Что может быть ниже?..)

Было внутреннее убеждение, что физически и психологически для этого есть некоторая подготовка (на уровне мастера спорта по горному туризму, спортивного разряда-то "старшего", но спортивного звания-то, заметим, самого младшего, с малой толикой "сволочизма"). Есть, пусть небольшой, жизненный опыт в свои 38 (в этом смысле, показания тоже весьма "бледненькие" ввиду отсутствия тогда опыта взрослой семейной жизни). Одним из побуждений явилось и чувство сопереживания армянскому народу: в начале века он очень сильно пострадал от геноцида турок, а тут новая тяжелая напасть в виде землетрясения...

Наверно, всеми нами в разной мере владело и любопытство, - некий "туристско-экскурсионный" интерес: посмотреть на месте, что же случилось. Этот "интерес" через 3 дня еще "выйдет боком"...

Насчет отлучки с работы удалось мельком договориться только с непосредственным начальником, - он понял и отпустил. Но в том, что не будет никаких эксцессов за "самоВОЛКА", уверенности не было, и внутренне это чувство поначалу волком грызло душу. Позже никаких претензий ко мне на работе не предъявили, и даже не понадобилась официальная бумага, выданная в Ленгорисполкоме. А чем я занимался в Ленинакане, я рассказал на работе всем желающим.