Любой обряд подразумевает некую циклическую закономерность, заданность, проистекающую от проекции содержания обряда в ролевую форму церемонии. Совершенно необязательно при этом считать воинственный танец или обрядовую борьбу главным звеном ритуала. Это всего лишь одна, отнюдь не единственная и не обязательная сторона культа. Однако, эта сторона весьма хорошо иллюстрирует возникновение правил поединка из заданности обрядового процесса.

По совершенно справедливо отмеченной А. К. Беловым причине возникновения состязательного поединка на Руси, следует признать, что родоначальником правил состязательного боя послужил именно обряд.

Обряд в силу своего условно соревновательного характера приобрел постепенно статус непререкаемого закона, став, в своем роде, священнодействием, обязательным к выполнению. Обрядовые правила консервировали традицию, сохраняя тем самым чистоту стиля, его отдельных элементов, они способствовали сохранению формы поединка даже после утраты изначально вложенного в него содержания.

Поэтому любое отступление от правил, пусть даже правил неписаных, воспринимается так же, как нарушение уголовного закона.

Спортивный поединок, в силу своей изначальной обусловленности, очень похож на обряд на современный лад. Однако кроме правил, часто противоречащих здравому смыслу, в спорте принята крайне узкая специализация спортсменов, что в условиях драки на улице порой оказывает им "медвежью услугу".

В результате хороший спортсмен, но никудышный боец, попадая в больницу, винит кого угодно: своего тренера, систему воспитания, «оборзевших» хулиганов, милицию… и никогда — собственную узколобость, желание идти вслед за авторитетом и нежелание брать ответственность за свою жизнь и свои ошибки на себя.

Лично я склонен расценивать правила и законы, созданные человечеством, как культурный феномен, ценный только для его создателей и совершенно условный по отношению к законам природы (правильней было бы сказать — к стихийным законам).