Костандис — не хвастун. Я полностью поверил его рассказу. Он рассказывал мне, что однажды местный силач в близлежащем городке объявил по всем кабакам и ночным клубам, что готов драться с любым. Это бы еще ничего, но слыша в ответ тишину он сам задирался с первым попавшимся и на глазах у всех избивал его. Его сила была такова, что когда за ним пришла полиция, то его брали вчетвером. Из этих четверых двое попали в больницу, а двое других в течение трех месяцев были бесполезны для полиции и своих жен. После этого полицейские обходили этого силача стороной.

Покорив свой городок, силач пришел в Салоники. Однажды он зашел в таверну, где сидел Костандис и его невеста (это было давно — сейчас у них уже четверо детей). Великан потащил свои 120кг на середину и сказал свой обычный вызов. Невеста Костандиса, чувствуя беспокойство, шепнула ему, что лучше бы уйти. Костандис послушался. Когда они направлялись к выходу, силач их заметил.

«Ты», — сказал он, указывая пальцем величиной с руку на Костандиса, — «я сейчас тебя отлуплю».

Костандис оттолкнул от себя девушку и с гордым видом сказал: «А ты не боишься?»

Так еще никто силачу не отвечал. Он схватил Костандиса и отшвырнул его к стене. Потом — но пусть это расскажет Костандис.

«Здесь силач допустил большую ошибку, так как мог бы начать бить меня кулаками и мне могло бы быть плохо, но ему некогда было обдумывать свои действия — он был слишком взбешен. Силач вновь схватил меня, и я оказался рядом с ним. Не нужно было толкать, и я просто подставил свой зад под его пах во время сближения. Он разжал объятия и рухнул вперед, как будто прыгнул в воду. Его вынесли на носилках, и он провел несколько недель в больнице. Но это не изменило его характер — через полгода силача приговорили к пожизненному заключению за вооруженный грабеж».