В Италию, тогдашнюю финансовую Мекку европейского футбола — здесь платили гораздо больше, чем в других странах — Гуттманн ехал с надеждой, что теперь-то он займется исключительно футболом и будет руководить лучшими командами. Репутация у Белы в тренерском мире была стабильно высокой: в Италии его помнили и знали, венгерских тренеров на Апеннинах почитали. Среди этих тренеров было немало знакомых Гуттманна.

Скажем, «Милан» только-только принял Лайош Цейзлер, тоже бывший МТК-шник, последние семь лет работавший в Швеции, в «Норчепинге», и отштамповавший с этой командой пять чемпионств. Цейзлер привез с собой в «Милан» Нильса Лидхольма и Гуннара Нордаля. Тем же летом миланцы подписали и Гуннара Грена (Грен вырос в «Гетеборге» при другом венгерском тренере, Иожефе Наде); перетащив таким образом в Италию знаменитую тройку нападения сборной Швеции Гре-Но-Ли, чемпионов ОИ-48.

Соперником Гуттманна мог бы стать и другой его старый знакомец - Эрнест «Эгри» Эрбштейн, тоже будапештец и товарищ по «Бруклин Уондерерз» конца 20-х годов. Но «Эгри», один из тренеров знаменитого «Торино», погиб в майской авиакатастрофе вместе с командой.

Венгерское влияние имеется и в истории «Интера» (в то время «Амброзианы») — более десятилетия (1926–1936) им руководили АрпадВейс, Йожеф Виолак, Иштван Тот и Дьюла Фельдман. Енё Карой и тот же Виолак успели поработать и в «Ювентусе». Да и в «Лацио» успели отметиться Ференц Мольнар и Теза Керекеш.

Можно проверить историю любого другого итальянского клуба, и у каждого в довоенной биографии будет прослеживаться «венгерский след».

Да зачем искать по другим клубам! В той же «Роме» за время ее выступлений в серии «А» Гуттманн должен был стать шестым по счету венгром у руля команды. Последний, Имре Сенкеи, был уволен в 1948-м и теперь возглавлял «Брешию». Но в 1949-м сменился президент римского клуба — на место Пьетро Бальдаосаре заступил политик Пьер Карл Рестаньо. Можно сказать, что «приглашал один, а принимал другой».